29 марта 2019 прошли Парламентские слушания на тему «Совершенствование положений семейного законодательства в части государственной защиты ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью»

Поделиться:
01.04.2019
В Совете Федерации 29 марта 2019 года прошли Парламентские слушания на тему «Совершенствование положений семейного законодательства в части государственной защиты ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью» Семейное законодательство должно быть изменено , чтобы предотвратить неправомерные вмешательства в семью (избыточные меры). Президент РФ В.В.Путин выпустил Поручения от 3.01.2017 Пр-21 п.2(http://kremlin.ru/acts/assignments/or...) и 5.08.2017 № Пр-1526 п.3(http://kremlin.ru/acts/assignments/or...) , направленные на искоренение неправомерного вмешательства в семью и сохранение традиционных семейных ценностей.
Во исполнение этих поручений, инициированных вопросами руководителя РОО "Иван Чай" Элины Жгутовой,родительская общественность проводит системную работу по выявлению случаев неправомерного вмешательства в семью со стороны органов опеки и полиции, оказывает правозащитную поддержку пострадавшим, проводит мониторинг правоприменительной практики , разрабатывает предложения по внесению изменений с семейное законодательство, проводит политику популяризации традиционных семейных ценностей .
Каждый случай неправомерного изъятия ребенка из семьи вызывает широкий общественный резонанс и глубокое социальное неприятие. Родительскими организациями ( в т.ч. РОО "Иван Чай" ) за последние три года зафиксировано свыше 1500 обращений граждан,пострадавших от неправомерного вмешательства в семью.
В России ежегодно изымаются более 300 тыс. детей.87% детей от этого количества (по подтвержденным данным) изымаются в рамках профилактики для реабилитации или оказания социальных услуг. Такие изъятия носят временный характер – ребенок отрывается от семьи в среднем от трех месяцев до года. А 13% изымаются в связи с «отсутствием родительского попечения». Это круглые сироты и т.н. «социальные сироты», у которых родители имеются, но они якобы не оказывают им должной заботы.
Социальной сиротой могут признать ребенка за несогласие родителей делать прививку, за отсутствие ремонта в квартире, каких-то продуктов питания, нехватки личных вещей, личного пространства в квартире и т.д. Этими случаями и занимается наш центр. Наша деятельность помогает вернуть детей в кровную семью,восстановить , укрепить семью как ячейку нашего общества, способствует ее благополучию, способствует снижению социальной напряженности в обществе, укрепляет его стабильность и направлена на исполнение воли Президента.
Выступление сенатора Елены Борисовны Мизулиной с проектом изменения в семейное законодательство

Елена Мизулина,сенатор

Выступление руководителя РВС (Родительского Всероссийского Сопротивления) Марии Рачиевны Мамиконян по теме "Изменения в семейное законодательство" в Совете Федерации 29 марта 2019 года . Мария Рачиевна рассказала про акцию "Маугли", о спекуляции на теме семейного насилия. В очередной раз привела пример на цифрах статистики женщин 14000 вместо реальных 304, погибших в семье ( как правило от рук мужей), которая тиражируется безнаказанно чиновниками и СМИ. Прозвучала критика в адрес Уполномоченной по правам человека в Москве Т. Потяевой с ее инициативой "проверять всех"

М.Мамиконян,РВС

Основной проблемой неблагополучия (истинного) является , безусловно, алкоголизм. Депутат Астраханской думы Т.Улезко поделилась опытом (бесценным на сегодня) восстановления человеческого облика у родителей-алкоголиков и возврата детей в семью

Александра Марова в своем выступлении извинилась за термин "жестокое обращение", как будто это было нецензурное выражение. Это, безусловно, прогресс.

Уполномоченный по правам ребенка во Владимирской области Геннадий Прохорычев рассказал историю Лыковой , мы о ней много писали.https://ivan4.ru/~6pe4J, в которой он
подчеркнул карательную функцию опеки
Прохорычеву помогали РВС, суд выигран

Г.Прохорычев,УПР Владимирская обл

Скопина Л.И. Аппарат Патриаршей комиссии.Считают, что изменения несовершенны , проблему неправомерного вмешательства не решают.Делают вывод, что изменения Мизулиной несут косметический характер, не решая по сути проблему.

Шишова Т.Л., Детский Фонд О критериях неблагополучия

УПР по Новгородской области Е.Филинкова рассказала все случаи о "плохих родителях".

Анна Швабауэр, от Общественного Уполномоченного по С-Петербургу. https://vk.com/detipeterburg
Предлагает исключить ст.77 как таковую из Семейного Кодекса РФ

А.Швабауэр,адвокат,ОУЗС по С-Петербургу

Альбина Волкова ,юрист, Н.Новгород, РВС, защищала Шехловицких, о которых мы писали. https://ivan4.ru/~hQh4q

Крылатова Т.А.детский врач-психиатр, Ребенок за все плохое, происходящее в семье , берет ответственность на себя. Отбирать должна полиция, чтобы меньше было театрализации.

Общественный Уполномоченный по правам семьи в С-Петербурге, Ольга Баранец https://vk.com/detipeterburg
предлагает "разграничить функции опеки , разрушить монополию на судьбу семьи"

О.Баранец, ОУЗС по С-Петербургу


Все остальные комментарии возможны только после получения и изучения полного текста предлагаемых изменений.
Ниже публикуем концепцию, предложенную сенатором Е.Мизулиной

Комитет Совета Федерации по конституционному законодательству и государственному строительству

совместно с

Временной комиссией Совета Федерации по совершенствованию положений Семейного кодекса Российской Федерации

ИНФОРМАЦИЯ

к Парламентским слушаниям

«Совершенствование положений семейного законодательства в части государственной защиты ребенка

при непосредственной угрозе его жизни и (или) здоровью»

29 марта 2019 года

В ходе Парламентских слушаний 29 марта 2019 года состоится презентация и обсуждение концепции пакета законопроектов, подготовленных во Временной комиссии Совета Федерации по совершенствованию положений Семейного кодекса Российской Федерации (далее-Временная комиссия).Предлагаемый пакет законопроектов входит в законопроектную программу Временной Комиссии (прилагается). Работа по подготовке данного пакета ведется в течение двух лет с привлечением широкого круга специалистов, экспертов, представителей родительской общественности.

1.

О несовершенстве действующего механизма защиты ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью

1. Согласно Семейному кодексу Российской Федерации (далее – Семейный кодекс) защита прав и интересов ребенка возложена на его родителей (иных лиц, на попечении которых он находится[1]).

Однако в реальной жизни возможны ситуации, когда тот, кто, должен защищать ребенка, сам может (своими действиями или бездействием) создать ситуацию, угрожающую жизни и (или) здоровью ребенка. Причем не всегда угроза жизни и (или) здоровью ребенка является следствием противоправного поведения его близких. Несчастный случай, внезапная болезнь или приступ в один миг могут превратить взрослого в беспомощное существо, а ребенка оставить без защиты близких.

Для таких ситуаций, государство может и должно создать систему мер защиты ребенка, которая позволяет оперативно устранить угрозу или иным образом обеспечить его безопасность.

2. Семейный кодекс предусматривает только один способ государственной защиты ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью- его отобрание из семьи (у лиц, на попечении которых он находится) (статья 77 Семейного кодекса).

3. Отобрание ребенка по своей правовой природе является видом государственного принуждения, причем как по отношению к лицам, на попечении которых находится ребенок, так и по отношению к самому ребенку.

4. Будучи механизмом государственного принуждения отобрание ребенка при непосредственной угрозе его жизни и (или) здоровью сопоставимо с такими формами государственного принуждения, которые применяются к подозреваемым и обвиняемым в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

Так, проникновение в жилище (то есть без согласия проживающих в нем лиц), в котором проживает семья с детьми, в целях проведения обследования условий жизни ребенка, ничем не отличается от обыска в жилище подозреваемого (обвиняемого), с той только разницей, что обыск производится на основании судебного решения, порядок его проведения строго регламентирован федеральным законом, в том числе предусмотрены гарантии прав проживающих в нем лиц, а не только самого подозреваемого (обвиняемого).

В ситуации же с проникновением в жилище, где проживает семья с ребенком, никаких подобных защитных механизмов не существует. Как и не существует ответственности за незаконное и необоснованное проникновение в жилище.

5. Отобрание ребенка включает принудительное разлучение ребенка с родителями и перемещение его на другое место жительства, вне жительства семьи. По правовой природе оно схоже с административным или уголовно-процессуальным задержанием с той только разницей, что задерживают подозреваемого в совершении административного правонарушения или преступления, а отбирают невинного ребенка у родителей, которые, как правило, не являются и не становятся ни подозреваемыми, ни обвиняемыми, но при этом фактически лишаются своих родительских прав.

6. Следует учитывать, что государственное принуждение основано на ограничении прав и свобод конкретного индивида и применяется как следствие его неправомерного поведения. В таком механизме защиты ребенка, который основан исключительно на государственном принуждении, всегда должны быть виновные. Ибо только это оправдывает применение государственного принуждения по отношению к семье, родителям и ребенку. Такими «назначенными» виновными априори являются родители и иные лица, на попечении которых находятся дети.

Конечно, надо защищать ребенка от непосредственных угроз его жизни и (или) здоровью надо. Но здесь не должно быть крайностей. Стоит ли наказывать невиновных?! Тем более, что невольно наказанным становится и ребенок, принудительно разлученный со своими близкими. И если можно устранить угрозу жизни и здоровью ребенка, просто оказав помощь ему или его близким, зачем принуждать к разлучению?!

7. Семейный кодекс, допуская отобрание ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, возлагает на органы опеки и попечительства взаимоисключающие задачи: и незамедлительно отобрать ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью и получить до начала отобрания ребенка соответствующий акт органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации либо главы муниципального образования (если законом субъекта Российской Федерации органы местного самоуправления наделены полномочиями по опеке и попечительству). При этом в срок не позднее недели после издания акта об отобрании подготовить и направить в суд иск о лишении родителей родительских прав или об ограничении их в родительских правах.

По сути дела органы опеки и попечительства уже в момент отобрания ребенка должны иметь доказательства, обосновывающие направление таких исков в суд. Эта норма является императивной. У органов опеки и попечительства нет возможности отказаться от ее исполнения, разве что не заметить очередного сообщения об угрозе жизни и (или) здоровью ребенка. Тем более, что статья 77 Семейного кодекса регулирует отобрание ребенка как право, а не как полномочие органов опеки и попечительства. В отличие от полномочия, которое нельзя не исполнять, реализация субъективного права зависит исключительно от воли его обладателя. За неисполнение полномочия наступает ответственность. За отказ от реализации права – нет.

8. Подготовленный пакет законопроектов предлагает иной механизм государственной защиты ребенка, учитывающий разнообразные жизненные ситуации возникновения непосредственной угрозы жизни и (или) здоровью ребенка и соответствующие им дифференцированные меры его защиты.

Главное в нем - устранение угрозы жизни и здоровью ребенка, а не поиск виновных.

Государственное принуждение допускается, ново-первых, в исключительных случаях, когда невозможно устранить угрозу с помощью иных мер, не основанных на принуждении. Во-вторых, применение каждой из мер государственного принуждения должно быть строго регламентировано федеральным законом.

2.

Перечень концептуальных изменений

1. Пакет состоит из 4-х законопроектов, из которых базовым является законопроект «О внесении изменений в Семейный кодекс Российской Федерации и в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (о государственной защите ребенка при непосредственной угрозе его жизни и здоровью)». В пакет также входят законопроекты, внесение изменений в которые (в связи с принятием указанного базового закона) возможно только отдельными законами:

«О внесении изменений в Гражданский кодекс Российской Федерации»;

«О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях РФ»;

«О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации».

2. Концепция базового закона «О внесении изменений в Семейный кодекс Российской Федерации и в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (о государственной защите ребенка при непосредственной угрозе его жизни и здоровью) включает следующие положения:

1) об упразднении института отобрания ребенка при непосредственной угрозе его жизни и (или) здоровьюи замене его институтом «мер государственной защиты ребенка при непосредственной угрозе его жизни и (или) здоровью»(новая глава 12.1 Семейного кодекса). Таким образом меняется целевая направленность защиты ребенка при непосредственной угрозе его жизни (или) здоровью: не «искать, выявить и наказать», а,«обнаружив, устранить и помочь».

При этом предлагается сохранить институт отобрания ребенка как механизм государственного принуждения, применяемый на основании вступившего в законную силу судебного решения в отношении родителей, лишенных родительских прав; усыновителей, отношения которых с ребенком прекращены; опекунов (попечителей), включая приемных родителей, отстраненных от обязанностей опекунов (попечителей).

В связи с этим предлагается обсудить на парламентских слушаниях 2 варианта:

1 вариант –изложить статью 77 в новой редакции «Статья 77. Отобрание ребенка», предусмотрев в том числе, что «отобрание ребенка – мера государственного принуждения, применяемая в отношении родителей, усыновителей, опекунов (попечителей) ребенка, на основании вступившего в законную силу судебного решения соответственно:

1) о лишении родителей родительских прав;

2) об отмене усыновления;

3) об отказе в удовлетворении иска опекуна (попечителя) о признании недействительным акта органа опеки и попечительства об отстранении от исполнения возложенных на них обязанностей.»;

2 вариант-признать статью 77 утратившей силу, уточнив положения об отобрании ребенка на основании вступившего в законную силу судебного решения в отношении родителей, лишенных родительских прав; усыновителей, отношения которых с ребенком прекращены; опекунов (попечителей), включая приемных родителей, отстраненных от обязанностей опекунов (попечителей), в статьях 70, 143 и главе 20 Семейного кодекса;

2) о мерах государственной защиты ребенка при непосредственной угрозе его жизни и (или) здоровью(далее –меры государственной защиты ребенка), которые устанавливаются органами опеки и попечительства, на срок от 1 до 30 дней. К мерам государственной защиты ребенка при непосредственной угрозе его жизни и (или) здоровья предлагается отнести:

(1)перемещение и временное устройство ребенка вместе с родителем (иным лицом, на попечении которого находится ребенок), в учреждение социального обслуживания;

(2)передачу ребенка на попечение его родственников;

(3)назначение временного опекуна (попечителя) и временное устройство ребенка в его семью;

(4)перемещение и временное устройство ребенка под надзор в организацию для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей;

(5)направление ребенка в медицинскую организацию, если ребенок нуждается в стационарной медицинской помощи или диспансерном наблюдении.

Допускается применение нескольких мер одновременно;

3) о неприменении мер государственной защиты ребенка в случаях, когда:

(1) угроза жизни и (или) здоровью ребенка может быть устранена незамедлительно после ее обнаружения. Например, лицо, от которого исходила угроза жизни и здоровью ребенка, подвергнуто административному задержанию и (или) ему назначено наказание в виде административного ареста; либо подвергнуто задержанию в качестве подозреваемого и (или) в отношении него избрана мера пресечения в виде заключения под стражу;

(2) возможно оставление с другим родителем (иным лицом, на попечении которого находится ребенок), от которого не исходит угроза для ребенка;

(3) возможно применение иных мер государственной защиты ребенка, к которым отнесены меры попечения о детях задержанного или заключенного под стражу лица, предусмотренные административным и уголовно-процессуальным законодательством; меры безопасности и иные меры государственной защиты, предусмотренные Федеральным законом от 20 августа 2004 года № 119-ФЗ «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства», если ребенок является защищаемым лицом или родственником лица, имеющего статус защищаемого лица;

4) об установлении в законе основных признаков, наличие которых позволяет идентифицировать угрозу как непосредственно представляющую опасностьдля ребенка. Предусматривается, что непосредственная угроза жизни и (или) здоровью ребенка имеет место при одновременном наличии следующих условий:

(1) является реальной, то есть свидетельствует о реальной опасности наступления негативных последствий для жизни и (или) здоровью ребенка;

(2) исходит от лица, на попечении которого находится ребенок;

(3) иным способом (без применения мер государственной защиты) невозможно на момент возникновения угрозы обеспечить безопасность ребенка.

5) об установлении в законе перечня обстоятельств, во всяком случае свидетельствующих о наличии непосредственной угрозы жизни и (или) здоровью ребенка.Например, лица, на попечении которых находится ребенок, пострадали от административного правонарушения, преступления или несчастного случая, нуждаются в срочной стационарной медицинской помощи (в условиях, обеспечивающих круглосуточное медицинское наблюдение и лечение), и в связи с этим не могут обеспечить соответствующий возрасту и состоянию здоровья ребенка присмотр и (или) уход за ним;

6) о порядке проверки органами опеки и попечительства сообщения о непосредственной угрозе жизни и (или) здоровью ребенка по месту проживания (нахождения) ребенка, в том числе определение порядкавхождения в жилое помещение с согласия проживающих в нем лиц, разъяснение основанийвхождения и прав проживающих в нем лиц; проникновение (принудительное вхождение) допускается только с участием сотрудника полиции и понятых (лиц, привлекаемых для удостоверения содержания, хода и результатов проверки сообщения), как правило, при невозможности получения согласия проживающих в жилом помещении лиц; оформление протокола проверки сообщения;

7) о порядке принятия решения о применении мер государственной защиты ребенка, включая требования к акту органа опеки и попечительства о мерах государственной защиты ребенка; установление порядка его отмены;

8)о порядкеи условиях применениякаждой из мер государственной защиты ребенка;

9) об основаниях и порядкепрекращения применения мер государственной защиты ребенка и его возвращении лицам, на попечении которых он находился, в том числе до истечения срока применения указанной меры защиты, если угроза устранена или перестала существовать;

10) об административной и уголовной ответственности сотрудников органов опеки и попечительства, сотрудников полиции, иных лиц за незаконные проникновение в жилище, перемещение ребенка из места его жительства, заведомо ложное сообщение об угрозе жизни и (или) здоровью ребенка.

3.

Совершенствование иных институтов семейного права и внесение взаимосвязанных изменений в иные федеральные законы, обусловленные концептуальными изменениями механизма защиты ребенка при непосредственной угрозе жизни и (или) здоровью ребенка

1.Введение системы мер государственной защиты ребенка, направленной на устранение угрозы, и связанный с этим отказ от использования только мер государственного принуждения, обусловил необходимость внесения изменений, предусматривающих:

1) расширение возможностей участия родственников ребенка в его судьбе.В связи с этим в пакет включены поправки, предусматривающие:

прямое закрепление в Семейном кодексе порядка реализации родственниками ребенка своего преимущественного права на воспитание ребенка (новая редакция статьи 123 и новая статья 123.1 Семейного Кодекса;, корреспондирующие изменения в иные федеральные законы);

возложение на органы опеки и попечительства и на органы полиции обязанностей по установлению сведений о родственниках ребенка и уведомлении их о ребенке (поправки в Федеральный закон о полиции,Федеральный закон «Об опеке и попечительстве»);

2) необходимость разграничения механизма установления отсутствия родительского попечения и механизма государственной защиты ребенка при непосредственной угрозе его жизни и (или) здоровью.В связи с этим в пакет включены поправки,

уточняющие основания установления факта отсутствия родительского попечения (пункт 1 статьи 121 Семейного кодекса),

разграничивающие назначение временного опекуна (попечителя) как меры государственной защиты ребенка при непосредственной угрозе его жизни и (или) здоровью и предварительную опеку (попечительство) как форму устройства ребенка, оставшегося без попечения родителей (изменения в статью 12 Федерального закона «Об опеке и попечительстве».

Следует отметить, что в действующем Семейном кодексе основания установления отсутствия родительского попечения и основания для отобрания ребенка очень схожи, не отличаются определенностью и тем самым создают почву для злоупотреблений, связанных с выбором механизма изъятия ребенка из семьи – через отобрание (действующая редакция статьи 77 Семейного кодекса) или через установление факта отсутствия родительского попечения (действующая редакция пункта 1 статьи 121 Семейного кодекса). Согласно статье 12 Федерального закона «Об опеке и попечительстве» временное назначение опекуна (попечителя) равнозначно предварительной опеке (попечительству), так как предусмотрено как форма устройства ребенка, оставшегося без попечения родителей;

3) необходимость разграничения механизма ограничения в родительских правах, лишения родительских прав и механизма защиты ребенка при непосредственной угрозе его жизни и (или) здоровью,основания применения мер которых в Семейном кодексе размыты и противоречивы. Предлагается разграничить основания и порядок применения этих мер, в том числе предусмотрев, что ограничение в родительских правах допускается в качестве обеспечительной меры, принимаемой судом до принятия решения о лишении родительских прав, об отмене усыновления илиоб отказе в удовлетворении иска опекуна (попечителя) о признании недействительным акта органа опеки и попечительства об отстранении от исполнения возложенных на них обязанностей;

4) необходимость разграничения механизма защиты ребенка при непосредственной угрозе его жизни и (или) здоровью и механизма признания ребенка (его семьи) находящимся в социально опасном положении.Предлагается сузить основания признания ребенка (семьи) находящимся в социально опасном положении, предусмотренные Федеральным законом «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних», ограничив сферу действия указанного Федерального закона только тем, что связано с противоправным поведением несовершеннолетних (изменения в Федеральный закон «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних»;

5) обеспечение единства терминологии семейного законодательства, в том числе определение в Семейном кодексе терминов «родители», «семья», «опекун», «попечитель», «лицо, на попечении которого находится ребенок», «законный представитель несовершеннолетнего», «защита прав несовершеннолетнего» и др.

Предлагаемый пакет законопроектов, предусматривающий введение механизма мер государственной защиты ребенка при непосредственной угрозе его жизни и (или) здоровью, позволит

оперативно обеспечить ребенку защиту и безопасность при возникновении непосредственной угрозы его жизни или здоровью,

и при этом не допустить такие негативные последствия, которые влечет действующий механизм отобрания ребенка, как необоснованное принудительное разлучение ребенка с родителями и разрушение добропорядочной семьи.

Предлагаемый пакет законопроектов ориентирует государство и семьи с ребенком на сотрудничество, взаимопомощь, самоограничение и доверие во имя благополучия ребенка и его семьи.

Слайд1.JPG
Слайд2.JPG
Слайд3.JPG
Слайд4.JPG
Слайд5.JPG
Слайд6.JPG
Слайд7.JPG
Слайд8.JPG
Слайд9.JPG
Слайд10.JPG
Слайд11.JPG
Слайд12.JPG
Слайд13.JPG
Слайд14.JPG
Слайд15.JPG
Слайд16.JPG
Слайд17.JPG
Слайд18.JPG
Слайд19.JPG
Слайд20.JPG
Слайд21.JPG


[1] Для справки: в законопроекте к лицам, на попечение которых находится ребенок, отнесены родители, усыновители, опекуны и попечители, включая приемных родителей.


Поделиться:

Короткая ссылка на новость: https://m.ivan4.ru/~HI0zF




Чтобы оставить комментарий авторизуйтесь на сайте , или войдите через социальные сети
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:
или зарегистрируйтесь


Поддержать РОО «ОБЩЕСТВЕННЫЙ ЦЕНТР ПО ЗАЩИТЕ ТРАДИЦИОННЫХ СЕМЕЙНЫХ ЦЕННОСТЕЙ «ИВАН ЧАЙ»

Сумма: 

Выберите удобный способ пожертвования: